Журнал № 1 - 2014(18), рубрика: "ТОГУ и мир"

Российские и зарубежные ученые обсудили проблемы современного Востока

20 - 21 ноября 2013 г. в Институте востоковедения Российской академии наук состоялась Международная научная конференция «Изменения на геостратегической карте Азии и Северной Африки в начале XXI века». Организатором этого представительного мероприятия выступил Центр исследований общих проблем современного Востока ИВ РАН.

В конференции приняла участие представитель ТОГУ кандидат филологических наук, доцент Татьяна Лобанова. Мы публикуем ее отчет об этом научном форуме и материал по обсуждавшимся на нем проблемам развития ситуации в Восточной Азии.

Институт востоковедения РАН – одно из старейших научных заведений в России, которому в 2008 году исполнилось 190 лет. Здание Института находится в самом центре Москвы на улице Рождественка. Интересно само соседство специализированных научных учреждений, таких как Центр арабских и исламских исследований, Центр Юго-Восточной Азии, Австралии и Океании, Центр японских исследований, Центр исследования общих проблем современного Востока и других со студенческим корпусом Восточного университета и Институтом стран Востока. Это говорит о плотном контакте академической и вузовской общественности, а также студенчества. Кстати, стоимость обучения в этих вузах в 2013 – 2014 учебном году составляет для граждан России 168000 рублей.

Очевидно, что необходимость проведения форума по геостратегической проблема-тике связана, в частности, и с тем, что территориальные конфликты в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях превратились сегодня в один из очагов нестабильности в Азии. И это требует сопоставления различных экспертных оценок.

Российские  и зарубежные ученые

Конференцию открыли заместитель директора Института востоковедения РАН, доктор исторических наук, профессор В.Я. Белокреницкий и доктор исторических наук, профессор А.М. Хазанов. В своих приветственных выступлениях они отметили, что Институт уже длительное время исследует процессы, связанные с развитием конфликтов как на Ближнем Востоке, как и в Тихоокеанском регионе. На пленарном заседании наиболее интересными были доклады ведущего научного сотрудника Института Африки РАН доктора исторических наук Т.Л. Дейч «Китай и события «арабской весны», а также доктора исторических наук Н.Б. Лебедевой «Азиатско-Тихоокеанский регион vs Индо-Тихоокеанский регион: роль Индии».

В соответствии с тематикой, в рамках конференции были сформированы две секции: «Ближний и Средний Восток и Северная Африка» и «Восточная, Центральная и Юго-Восточная Азия». В первой секции собралось больше участников и, соответственно, рассматриваемые вопросы были более разнообразные: политика, экономика, религия… Участие в работе секции приняли не только российские ученые, но и представители Ирана, Казахстана, Польши, Грузии и других стран. В докладах, представленных в рамках этой секции, в основном фигурировала тема «арабской весны» и ее влияния на региональные и геополитические процессы. Работу секции особо интересным сделал тот факт, что председательствовал на ней доктор политических наук У.З. Шарипов, который обогащал своими комментариями каждый доклад. Сопредседателем секции выступил доктор исторических наук А.М. Хазанов.

Несколько докладов в первой секции были посвящены Турции. Не секрет, что эта страна за счет быстрого развития экономики в последние десятилетия стала играть все более активную роль не только в Западной Азии, но и в мире. Обсуждению этой тема-тики были посвящены доклады «Роль Турции как новой региональной силы. «Нео-отоманизм» во внешней политике Турции» (Жустина Заланска, Польша), «Турецко-российский политический диалог в начале ХХI века» (Г.А. Уйсал, Россия, г. Москва), «Ближневосточная политика Турецкой республики в период правления Партии справедливости и развития (2002 – 2013 гг.)» (И.И. Иванова, Россия, г. Москва) и другие.

Российские  и зарубежные ученые1  Российские  и зарубежные ученые2

Научная конференция в Институте востоковедения РАН


Несколько докладов касалось североафриканской тематики: «Ближний Восток и Северная Африка: новые вызовы и пути развития» (С.А. Болатова, Казахстан, г. Астана); «Историко-культурологический аспект современных изменений на геостратегической карте Азии и Северной Африки» (О. Ю. Латышев-Майский, Россия, г. Краснодар), «Роль транснациональных корпораций (ТНК) в формировании геостратегической карты Азии и Северной Африки» (Р. В. Ловяго, Россия, г. Москва) и другие.

Интерес у участников вызвали также доклады по иранской проблеме: «Крах сирийского режима и последствия для безопасного мира» (Али Илханипур, Иран), «Влияние иранской ядерной программы на региональную подсистему международных отношений» (А.А. Бакланов, Россия, г. Москва); по палестинской тематике: «События в арабском мире и палестинская проблема» (А.В. Демченко, Россия, г. Москва) и Каспийского региона. Интересный доклад был сделан представителем Грузии А.А. Асланидзе о некоторых проявлениях исламофобии и религиозного «противостояния» в Грузии.

В секции «Восточная, Центральная и Юго-Восточная Азия» выступления участников касались общего характера политики Китая и США в Азиатско-Тихоокеанском регионе, анализа интересов Китая, Японии, США, Германии, Таиланда и Индии в этом региональном измерении. На конференцию приехали исследователи из Института востоковедения и международных отношений из Казани, а также с кафедры востоковедения профильного института г. Астана (Казахстан). Лингвистическую составляющую секции представляли Московский государственный лингвистический университет (МГЛУ) и наш, Тихоокеанский государственный университет.

Кстати, интересно отметить тот факт, что наши коллеги-исследователи из Казахстана и Грузии, где уже осуществлена реформа научных степеней и званий, позиционируют себя как доктора философии.

Практически во всех выступлениях докладчиков была затронута тема Китая. В ходе острых дискуссий анализу подверглись наиболее сложные и актуальные проблемы противостояния в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях, а также японо-американские, китайско-японские, японо-китайские, российско-китайские отношения, эволюция взглядов китайского руководства на проблемы определения границ в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях. Обсуждались намерения США относительно Китая и американская внешняя политика на прилегающих к Китаю территориях. Было, в частности, отмечено, что США пытаются замедлить и блокировать становление Китая в качестве великой державы.

Как известно, по сей день многие геополитические проблемы остаются нерешенными. Это касается и территориальных разногласий, включая споры между Японией и Китаем по поводу демаркации Восточно-Китайского моря и принадлежности островов Дяоюйдао, между четырьмя странами Юго-Восточной Азии по поводу Парасельских ост-ровов и островов Спратли в Южно-Китайском море.

Конференция выявила и ряд проблем в научном сообществе. К сожалению, у многих коллег-несинологов имеются весьма приблизительные представления о восточных языках вообще и о китайском в частности, о каких-то возможных разногласиях между двумя восточными державами.

Именно этой теме было посвящено выступление представителя ТОГУ.

 

***

ВОСТОЧНО-КИТАЙСКОЕ МОРЕ:

изменения статус-кво в регионе – шансы или угрозы?
 
Никогда за всю предшествующую историю Китай и Япония не становились сильными мировыми державами, причем одновременно. Учитывая столь уникальное стечение обстоятельств, а также развитое чувство национальной гордости, в японском и китайском обществах проявляется естественный дух соперничества. И ни одно из них не может позволить себе выглядеть так, будто поддается давлению со стороны другого. Структурные проблемы во взаимоотношениях Китая и Японии достигли сегодня таких размеров, что вполне возможна более глубокая и длительная вражда, которая уже перешла в конфронтацию. Китайцы негодуют по поводу того, что они называют отсутствием у японцев «искреннего раскаяния» в связи с историей их военной экспансии в XIX-XX веках. Они также опасаются, что нежелание Токио взять на себя ответственность за прошлое говорит как минимум об отсутствии уважения к жертвам их агрессивной политики, а как максимум – о том, что в будущем это может привести к новой агрессии. Китай и Япония, по сути, вовлечены в потенциально деструктивный повторяющийся цикл «действие-противодействие», который подпитывается сложившейся в массовом сознании народов двух стран взаимной неприязнью и чувством исторической обиды по отношению друг другу. Именно из-за этого Восточно-Китайское море с 2012 года превратилось в новую арену противостояния Китая и США. Все это в совокупности подрывает региональную безопасность.

Как известно, Китай и Япония многие десятилетия не могут поделить спорные острова Дяоюйдао (Сенкаку). Оба государства, ссылаясь на исторические справки, считают их своими. Сами по себе Дяоюйдао не имеют никакой экономической ценности, но окружающий их район содержит большие запасы природного газа и нефти, а также богат рыбными ресурсами. По последним данным Управления по энергетической информации США, запасы нефти в Восточно-Китайском море могут составлять от 60 до 100 млн баррелей, а газа – 250 трлн куб. м. Основная часть этих ресурсов находится в районе Окинавской впадины, на которую претендует и КНР, считая, что это «естественное продолжение континентального шельфа Китая в Восточно-Китайском море».

Чтобы лучше понимать сущность территориального спора Китая и Японии вокруг островов Дяоюйдао, а также официальную позицию КНР и ее аргументы, необходимо шире использовать информационные ресурсы, в том числе ресурсы языка средств массовой информации. В то же время аутентичный языковой материал китайской прессы и другие масс-медийные источники, а также общение с носителями китайского языка, принадлежащими к различным социальным прослойкам, не позволяют создать целостной картины, особенно без историко-политического экскурса в суть проблемы островов Дяоюйдао.

Проблема территориальной принадлежности островов Дяоюйдао для КНР связана с проблемой существования «единого Китая», восстановления государственной целостности континентального Китая и острова Тайвань. Как известно, КНР, а вместе с ней большинство государств мира не признают «Китайскую республику» на Тайване в качестве суверенного государства. КНР рассматривает остров Тайвань как свою двадцать третью провинцию, и остров Дяоюйдао считается территорией, относящейся к провинции Тайвань. Позиционирование островов Дяоюйдао в качестве прилегающих к острову Тайвань территорий является одним из ключевых моментов китайской позиции по вопросу суверенитета над островами: «Поскольку Тайвань – китайский, то и победа над Тайванем – это победа китайская. Почему Япония считает острова японской территорией? Исторически острова Дяоюйдао связаны с нашим Тайванем».

Тот факт, что Китай первым открыл острова, первым дал им наименование и первым начал их использовать, служит аргументом номер два. Доказательства первенства в открытии островов – письменные источники, главной особенностью которых является упоминание в них островов Дяоюйдао. Китайская позиция заключается в том, что суверенитет Китая над Дяоюйдао был установлен задолго до того, как их «открыла» Япония. Согласно сведениям китайских историков, документы, содержащие упоминания об этих островах и их использовании для обороны, относятся к временам династий Мин (1368 – 1644 гг.) и Цин (1644 – 1911 гг.).

Следующим аргументом выступает тот факт, что острова длительное время находились под управлением Китая. Китайская сторона также говорит о том, что в течение всего времени с момента открытия островов китайские рыбаки занимались в их акватории рыбным промыслом, а китайские мореплаватели использовали острова в качестве ориентира на пути к архипелагу Рюкю и Японии.

Четвертый аргумент состоит в том, что такие страны, как Великобритания, Франция, США и Испания в различных документах, а также в различных изданиях карт признавали принадлежность островов Китаю. Японское правительство заявило свои территориальные претензии на острова уже на позднем этапе существования династии Цин. И отняло данные территории силой после того, как Китай потерпел поражение в китайско-японской войне 1894 – 1895 гг. В своей аргументации КНР также ссылается на Каирскую конференцию 1943 года и «Каирскую декларацию», где была достигнута договоренность, согласно которой Японская империя ликвидируется, а захваченные Японией территории возвращаются их исконным владельцам.

Таково обоснование современной КНР своего исторического права на владение островами. Однако такая аргументация КНР недостаточно сильна с точки зрения современного международного права.

Усиление напряженности вокруг спорных островов совпало с обострением так называемой «проблемы учебников». По всем крупным городам КНР в 2005 году прокатились массовые акции протеста, зачастую приобретавшие агрессивный характер. Были совершены нападения на посольство Японии в Пекине и консульство в Шанхае. В 2006 году в ходе переговоров премьер-министра Японии Синдзо Абэ с премьером Госсовета КНР Вэнь Цзябао была достигнута договоренность превратить Восточно-Китайское море в «море мира, сотрудничества и дружбы»2. Однако, несмотря на риторику, китайско-японские договоренности до сих пор не привели к реальным результатам по совместному освоению энергетических ресурсов Восточно-Китайского моря, не были реализованы и договоренности о создании «зоны совместного развития».

Как сообщило радио «Голос России», с конца ноября 2013 года Пекин повысил ставки в борьбе с Токио за острова Дяоюйдао. КНР и Япония объявила пространство вокруг островов Дяоюйдао зоной идентификации своих сил ПВО: таким образом, одна на другую налагаются две идентификационные зоны ПВО – японская и китайская, что очень опасно.

Вот что отмечает эксперт Института Дальнего Востока РАН Валерий Кистанов: обстановка тревожащая, перспективы спора неясны, потому что в любой момент у кого-то могут сдать нервы, и дело может обернуться военным инцидентом, последствия которого непредсказуемы, поскольку Вашингтон и Токио связаны союзом против Пекина. Для жителей Дальнего Востока России, по мнению специалистов-синологов, занимающихся изучением проблем Востока, ситуация особенно пикантная. Как утверждает японский исследователь У. Суганума, «если существует вспышка, от которой может разгореться третья китайско-японская война, то это будет вопрос о принадлежности Дяоюйдао». Кроме того, учитывая существование американо-японского военного союза, конфликт между Китаем и Японией может стать серьезным вызовом для внешней политики США и американо-китайских отношений, может поставить под угрозу стабильность и безопасность в регионе. События вокруг экс-сотрудника ЦРУ Эдварда Сноудена в Гонконге и обострение ситуации в связи с островами Дяоюйдао в минувшем году во многом совпали по времени.

Кроме того, утверждают американские аналитики, язык заявлений и тон Пекина выдают его уверенность в том, что в ближайшие десятилетия соотношение государственной мощи двух стран Китая и Японии все-таки будет меняться в пользу Китая3.

Татьяна Лобанова.
Фото автора

***

НАША СПРАВКА

Институт востоковедения – учреждение Российской академии наук.

В советский период перед учеными ИВ РАН стояла задача проведения исследований в различных отраслях востоковедной науки с целью установления контактов со странами Востока и усиления авторитета Советского Союза.

В настоящее время ИВ РАН позиционирует себя как ведущий научный центр мирового масштаба с охватом широкого спектра направлений исследований востоковедческой тематики. Ареальная область интересов и исследований ИВ РАН простирается от западного побережья Северной Африки до островов Тихого океана. В 1994 году на базе ИВ РАН создан Восточный университет. Таким образом реализована идея соединения академической науки с учебным процессом.

Фотографии