Журнал № 5 - 2013(17), рубрика: "Образование XXI века"

Профессор Сергей Иванченко: «МЫ ДОЛЖНЫ УЧИТЬСЯ ВСЮ ЖИЗНЬ...»

– У университетов своя, не очень похожая на «человеческую», хронология. Первые полвека идёт становление вуза. Потом – следующий этап. Появляются свои учёные, свои «звёзды», свои направления, в которых определяется свой путь, свой «мейнстрим», университет замечают, его признают. А 50 – 55 лет для вуза – это период создания и созревания собственных научных школ. Это при, так сказать, естественном ходе вещей, без применения различных ускорителей и катализаторов, без создания каких-то специальных особых условий извне, – уверен ректор Тихоокеанского государственного университета, председатель Совета ректоров вузов ДФО, профессор Сергей Иванченко. – Поэтому, как говорят, настоящему, естественным образом состоявшемуся университету должно быть не менее ста лет, он должен не меньше четырёх поколений обучить и воспитать. Так что со строго исторической точки зрения полвека для университета – такая малость.

интервью с ректором 2013 9

Ректор ТОГУ профессор Сергей Иванченко


– Но университет – это ведь люди!

– Безусловно и прежде всего. И с человеческой точки зрения, с точки зрения тех, кто ещё студентом стоял у истоков нашего вуза, буквально с первого кирпича, и до сих пор с ним связан, – это целая жизнь. И это очень бурная, интересная, очень насыщенная жизнь. И тот потенциал, который был заложен в 1958 году, именно сейчас всё полнее и полнее реализуется. Нам нельзя останавливаться. Сама тенденция к развитию была заложена предшествующими поколениями, именно к этому мы и стремимся.

интервью с ректором 2013 4


Мы сегодня нередко слышим слова: «инновация», «инновационный университет»… Но, по моему глубокому убеждению, инновационность – это как раз естественное состояние университета: без этого он как организм не может жить. Новизна должна быть во всём. Каждый день – что-то новое: с этим новым преподаватель идёт к студентам, это новое он получает в ответ, учится у них.

– Кстати, само название «университет» применительно к вашему вузу – относительно новое. И путь к нему был, с одной стороны, долгим, а с другой – совершенно логичным. От, скажем так, «прикладного» института до классического университета.

– Совершенно верно. В 1953 году было издано Постановление Совета министров СССР о создании в Хабаровске трёх институтов: инженерно-строительного, автодорожного и лесотехнического. Автодорожный изначально несколько старше двух других, к нему вскоре примкнули «строители». Затем сюда из Владивостока было переведено лесотехническое направление. Именно так всё и пошло, и три крыла в здании ТОГУ, собственно, и символизируют эти три начала. В 1962 году вуз преобразовался в политехнический институт.

Ещё один судьбоносный момент для нас – 90-е годы, период очень значимых перемен. Начали появляться свои доктора наук, формироваться свои научные школы. Тогда многие вузы получили звание университетов. Происходила не просто смена вывесок, как полагают некоторые, а содержательное изменение статуса. Наш институт – возможно, некоторым авансом, с расчётом на дальнейшее развитие, но вполне обосновано, – в 1992 году становится Хабаровским государственным техническим университетом.

– Но 90-е годы имеют и печальную славу «лихих»…

– Да, тогда были разорваны все связи (как тогда говорили: «тарифы разорвали страну»), в том числе – и академические. Мы перестали получать «подпитку» из центральных вузов России: математиков, филологов, философов, историков. Вся, так сказать, естественнонаучная и гуманитарная составляющая «просела». Таких специалистов на Дальнем Востоке, по сути, за исключением Владивостока и Якутска, нигде не готовили. В основном научные школы по этим направлениям формировались благодаря специалистам из Москвы, Санкт-Петербурга, Омска, Томска, Новосибирска.

К тому же, как раз закончилась программа по целевой аспирантуре, когда многие наши выпускники, пройдя через ведущие вузы страны, возвращались и начинали создавать свои научные школы. Все эти

факторы заставили нас повернуться в сторону классического, в том числе и гуманитарного образования, потому что необходимо было восполнять кадры.

Нам пришлось открывать специальности «физика», «прикладная математика», а также такие, которые связаны с информационными технологиями и электроникой. Плюс ко всему – ещё и экономические, философские, социологические специальности и направления, и так далее. Наше учебное заведение стало многопрофильным, готовящим кадры для всего спектра потребностей Дальневосточного региона.

– Но вернёмся к истокам и традициям, когда вуз был политехническим. Первая ассоциация со словом «политехнический» – инженер. А сегодня это тот специалист, в котором едва ли не больше всего нуждается и вся страна в целом, и Хабаровский край в частности. Не случайно у нас летом прошёл первый инженерный конгресс…

– Мы проанализировали программу развития нашего университета и программу развития Дальнего Востока, потребность в кадрах, перспективные отрасли, которые будут развиваться. ТОГУ на 80 процентов «покрывает» своими специальностями имеющиеся потребности. Фактически мы и готовим ребят под запросы территории. Можно сказать, что предлагаемые университетом специальности теснейшим образом увязаны с экономикой Дальнего Востока вообще и Хабаровского края в частности.

Возникает перспектива появления новой отрасли – тут же появляется соответствующая специальность. Да и развитие уже существующих отраслей тоже происходит на новом, высокотехнологическом фундаменте, требующем модернизации в подготовке специалистов. Ведь мы ведём речь о таких сферах, как космос, авиация, транспорт, логистика, нефтегазовый комплекс, современная переработка природных ресурсов… От нас это требует серьёзных материальных затрат, но ни одну специальность мы не закрыли, мы их развиваем в соответствии с вызовами времени.

интервью с ректором 2013 10


Мы вообще стараемся, что называется, держать руку на пульсе. Снижается потребность в тех или иных специалистах – мы несколько уменьшаем набор. Повышается спрос – мы готовы в любой момент принимать больше студентов, вкладывать дополнительные средства в развитие обучения по той или иной специальности, востребованной экономикой.

Возможны очень интересные «сценарии». Взять, к примеру, то же литейное производство: литейщиков готовят только в ТОГУ. Казалось бы, главный «потребитель» этих кадров, «Амурметалл», переживает не лучшие времена, сейчас это предприятие – банкрот, но потребность в литейщиках сохранилась, она просто трансформировалась. И мы развиваем вторую специальность – «Технология художественной обработки материалов», ребята её заканчивают – и их с удовольствием принимают на ювелирные производства, без работы никто не остается.

Или, скажем, специальности лесной, автомобильной, транспортной направленности – мы здесь тоже главные на Дальнем Востоке, долго были вообще единственными. Дорожное строительство: в подготовке по этому направлению мы также лидеры в регионе. У нас очень сильная архитектурная школа, и хотя в других университетах тоже открываются соответствующие специальности, именно авторитет ТОГУ очень высок.

интервью с ректором 2013 1


Наборная абитуриентская кампания 2013 года показала, что именно на фундаментальные науки у нас был очень высокий проходной балл: ребята пришли учиться к нам физике, математике. Это о чём-то, безусловно, говорит: поворот произошёл именно в эту сторону.

– Но ведь при этом и конкуренция здесь высока. Рядом и Дальневосточный федеральный университет «подпирает», и Китай со своим достаточно качественным образованием…

– Конкуренция действительно очень жёсткая. Мы видим, как развивается ДВФУ, туда вкладываются большие средства. Я слежу за статистикой набора и вижу, что туда идёт серьезный приток студентов с других территорий, это почувствовал не только наш вуз. Нам здесь нужна чётко выстроенная собственная внутренняя политика. Федеральный университет всё-таки создавался с другими целями, он не может и не должен быть «всеядным» и «плотоядным»: принимать всех и готовить специалистов для всех сфер и направлений.

Его основная задача – предложить высокий уровень магистратуры и последующей аспирантуры, вот в этом он должен быть «головным» учебным заведением. А кроме него должна быть сформирована сеть, состоящая из так называемых региональных опорных вузов – таких, как наш, и просто университетов с менее амбициозными задачами. Наша цель как такого регионального университета – готовить специалистов для региона по востребованным направлениям, в которых мы традиционно более сильны. Думаю, в ближайшей перспективе такая структура выстроится, и каждый вуз будет решать свои задачи.

Это ещё и экономический вопрос: невозможно все вузы финансировать одинаково. Нужно иметь базовый и региональные центры. К этому мы, надеюсь, придём.

Что касается китайских университетов, то нельзя не признать, что они сейчас очень активно развиваются. Я слежу за так называемым Шанхайским рейтингом, и те вузы, которые когда-то учились у нас, уже входят в топ-200 этого рейтинга. Конечно, и там существуют свои проблемы, китайские коллеги о них знают.

Наши ребята едут туда учиться, в основном, уже в магистра туру, получив в ТОГУ степень бакалавра. И это, в основном, направления, связанные с языком, с информационными технологиями. Обучение там идёт полностью на бюджетной основе. Но и оттуда приезжают к нам.

Это очень большая так называемая приграничная программа. Следующие два года, 2014-й и 2015-й, объявлены годами молодёжных обменов между Китаем и Россией. А вообще до 2020 года стоит задача осуществить 100 тысяч обменов между вузами наших стран. Полагаю, что большая часть будет отдана дальневосточным университетам.

24 октября в Харбине прошло заседание Исполнительного комитета вузов Дальнего Востока, Сибири и Северо-восточных провинций Китая. Один из вопросов встречи как раз и касался академической мобильности и обменных программ. Мы обсудили проблему согласования учебных планов, финансовые вопросы (на каких условиях ребята будут учиться) и систему перезачётов (как засчитывать студентам те дисциплины, за которые они уже отчитались дома).

Все понимают важность обменных программ. И когда есть академическая мобильность, то молодой человек или девушка могут поехать в Китай и, скажем, изучать там язык, при этом оставаясь студентами своего университета, а потом вернуться, защитить диплом, получив к тому же дополнительные знания и навыки, которые повысят его «цену» как специалиста. Новый федеральный закон об образовании позволяет нам выстраивать новые траектории.

Кроме Китая на рынке образования начинает активно работать Япония. Там пока около 30 вузов сделали англоязычные программы обучения. Кстати, и нам это тоже предстоит сделать – для преодоления языкового барьера.

– Вы говорите о том, как меняются вузы, отвечая на вызовы времени. А как меняются сами студенты? Какого студента сегодня ждут в таком университете, как ТОГУ?

интервью с ректором 2013 5


– Сегодня из школы к нам приходят совсем другие дети. Пройдёт два-три года, и мы увидим полностью «оцифрованного» человека. У него уже «цифра» в голове, он по-другому воспринимает информацию. И сложности больше не у них, а у наших преподавателей, потому что им надо учиться говорить с современной молодёжью на одном языке, менять методики преподавания. Уже не должны, как раньше, лаборанты раздавать перед занятием и собирать после него методички и прочий учебный материал в традиционном бумажном виде. Достаточно повесить в вузе информационное «облако», из которого студент сам возьмёт всё необходимое.

Да, мы в нашем университете выдаём студентам ноутбуки, но теперь задача – создание над каждой кафедрой вот таких информационных «облаков», в которых есть всё необходимое: и учебный план, и рабочие программы, и лекционный материал, и презентации. Чтобы студент шёл на лекцию уже подготовленным.

Да и само понятие лекции должно меняться: это не готовое «блюдо», а то, что подвигнет студента к дальнейшему получению информации, знаний. Университет должен научить искусству учиться всю жизнь. Это раньше было мало литературы, и иной возможности доступа к ней, как материал, преподнесённый преподавателем, не было. Сегодня преподаватель должен становиться эдаким лоцманом в океане информации, задавать направление, контролировать. А студенту нужно не просто пассивно получать знания, но уметь заниматься самообразованием. Мы должны создавать для этого условия. Поменять технологию и психологию преподавания сложно, но необходимо, хотя меня за это порой критикуют.

интервью с ректором 2013 8


Сложности такого рода – не только у нас. На старых методиках университетам не выжить. Мы переживаем «революцию» в образовании – информационную. Ведь посмотрите, на что пошли самые авторитетные университеты мира – Гарвард, Оксфорд, Массачусетский технологический (МТИ). Они формируют электронные курсы для дистанционного обучения через свои сайты. Там можно зарегистрироваться, выбрать несколько учебных курсов, проучиться самостоятельно и получить соответствующий сертификат! Кстати, больше миллиона обучающихся там дистанционно – из России.

– Интересно: я спросила о требованиях к студентам, а вы заговорили о требованиях к преподавателю – к профессору, доктору наук, который тоже, оказывается, должен учиться, в том числе и у студентов…

– Так и есть. Мы должны учиться всю жизнь. Исходя из того, как развивается мир, должна перестраиваться и система образования. Я не соглашусь с тем, что мы якобы губим образование. Да, в 50-е годы мы попали «в яблочко», «заточив» образование под оборонку, под космос. Тогда это было востребовано, наш опыт интересовал и европейцев, и американцев. Сегодня – другое время и другие вызовы, их надо чутко и быстро улавливать. И это тоже целая наука. Нужно учиться.

– Так сколько же это для университета – 55 лет?

– Трудный вопрос… Да, у нас выросли целые научные школы. Да, у нас сложились достойные традиции. Пожалуй, университет вообще должен оставаться молодым всегда – и в 55, и в 100 лет. И каждый преподаватель в душе не может не оставаться студентом – иначе как он будет с молодёжью работать! 

Беседовала Марина Семченко.

Фото из архива редакции журнала "Мой университет"