Журнал № 4 - 2015(25), рубрика: "Книжный мир"

Военкор Константин Симонов. К 100-летию со дня рождения писателя (15.11.1915 – 28.08.1979)

Все рифмы какие-то слышатся
Оттуда, из нашей войны.

Константин Симонов

***

Для меня очень важно, когда я чувствую, что мои книги дают представление о войне людям другого поколения, людям, не видевшим войны.

Константин Симонов

 Константин Симонов

Книги К. Симонова из фондов библиотеки ТОГУ


Жизнь Константина Михайловича Симонова вместила столько, что одно лишь перечисление всего увиденного, пережитого и сделанного им за неполные 64 года могло бы составить содержание небольшой, но необыкновенно увлекательной книги. Его имя известно не только тем, кто родился и вырос в советское время, но (что отрадно) и совсем молодым, для кого ХХ век – уже история.

Об этом замечательном человеке, писателе и гражданине сказано, написано и снято много. И все равно хочется еще раз пройти по тем фронтовым путям-дорогам военного корреспондента Симонова, которые сделали его главным художественным летописцем войны, понять истоки его необычайной, поистине всенародной популярности. Обласканность со стороны власти и одновременно искренняя любовь читателей – явление чрезвычайно редкое в истории русской словесности. На фоне слишком часто обезличенных или изувеченных сталинским режимом современников фигура К. Симонова предстает как яркая, мощная и неоднозначная личность.

Писатель с мировым именем, известный как поэт, прозаик, публицист, драматург, переводчик, кинодраматург, лауреат шести Сталинских и Ленинской премии, общественный деятель, редактор «Нового мира» и «Литературной газеты», член Центральной ревизионной комиссии ЦК КПСС, секретарь Союза писателей, депутат, кавалер семи орденов. Всего не перечислить. Более подробно можно прочитать в «Автобиографии» писателя (в издании: Симонов К.М. Собрание сочинений в 10-ти тт. Т. 1. – М., 1979).

 Константин Симонов1

Валентина Серова и Константин Симонов на Ленинградском фронте (1944 г.)


А еще к сказанному стоит добавить, что это был верный друг, надежный товарищ, интересный собеседник. По воспоминаниям Маргариты Алигер, с которой Константин Симонов был дружен со времен своей поэтической юности, ее поражало «что он, при своей невероятной трудоспособности, умел решительно ни от чего в жизни не отказываться. Ни от какой радости, ни от какого праздника». Его любили друзья и женщины. Он был четырежды женат, третьим браком – на кинозвезде Валентине Серовой, которая подарила ему дочь Машу, а он посвятил ей множество стихов (цикл «С тобой и без тебя»), среди которых – ставшее бессмертным «Жди меня».

Как у всякого советского литератора, находившегося у власти («литературного генерала», по выражению Ф.М. Достоевского), у К.М. Симонова был свой «черный список»: участие в кампании против «низкопоклонства», против критиков-космополитов и «антипастернаковской» кампании, в подписании письма против Солженицына в 1973 году. Об этом он будет сожалеть в конце жизни, переосмысливая подлинную роль Сталина в истории страны и свое к нему отношение. Именно поэтому его посмертной книгой стала книга о Сталине – «Глазами человека моего поколения», опубликованная только в 1988 году (Симонов К.М. Истории тяжелая вода. – М., 2005. – С. 287-506).

Судить сегодня мы не вправе. К.М. Симонов был человеком своего времени, для которого интересы Родины были превыше всего, человеком долга, каким он себе его представлял. И главным в его судьбе и творчестве было то, что он сумел передать мысли и чувства народа, пережившего одну из самых ужасных трагедий в своей истории – Великую Отечественную войну.

Уже в силу своего происхождения и воспитания К.М. Симонов был обречен на судьбу военного. Мать – из рода князей Оболенских, возводивших свой род к Рюрику (т.е. потомок древнейшего дворянского рода, идеалом которого была воинская служба), отец – боевой генерал, сгинувший в 20-е годы в эмиграции, отчим, воспитавший его, – кадровый военный, георгиевский кавалер, в советское время преподаватель тактики в военном училище. Детство будущего писателя прошло в Рязани и Саратове, семья жила в командирских общежитиях. «Дисциплина в семье была строгая, чисто военная. Существовал строгий распорядок дня, все делалось по часам, в ноль-ноль, опаздывать было нельзя, возражать не полагалось, данное кому бы то ни было слово требовалось держать, всякая даже самая маленькая ложь презиралась» (из «Автобиографии»). Этому кодексу чести Константин Симонов будет следовать всю жизнь.

 Константин Симонов2

Константин Симонов на пути к реке Западная Лица, Карельский фронт, Мурманское направление (1942 год). Автор снимка - Евгений Халдей


Потом – было ФЗУ (фабрично-заводское училище), работа токарем в течение трех лет и первые стихи. В 1934 году молодой поэт стал студентом Литературного института, а через два года в журналах «Молодая гвардия» и «Октябрь» впервые были напечатаны его стихи. Но по-настоящему К. Симонов почувствовал себя поэтом, когда за вечер написал стихотворение «Генерал» (1937), посвященное погибшему в Испании писателю Матэ Залка. С этой поры тема военного подвига станет одной из ведущих в его творчестве.

Закончив осенью 1938 года Литинститут и поступив в аспирантуру ИФЛИ, Симонов неожиданно для всех в конце августа 1939 года оказался в Монголии, где советским войскам пришлось принять участие в вооруженном конфликте на реке Халхин-Гол.

Случилось это так. Редактор газеты «Героическая красноармейская» Д. Ортенберг запросил в Политуправлении Красной Армии «одного поэта». Принятый в 1938 году в Союз Советских писателей К.М. Симонов был причислен к группе «оборонных» писателей и был направлен в Монголию. Сразу же по прибытии в редакцию попал на передовую. Вернулся на третий день «переполненный впечатлениями, усталый, взволнованный и счастливый» и тут же получил задание написать стихи в номер. Написав за ночь первое стихотворение для военной газеты, Симонов с честью выдержал свое первое боевое испытание. Всего за недолгий срок «малой войны» на Халхин-Голе им было написано более десяти фронтовых рассказов в стихах о конкретных событиях и реальных людях. Здесь была начата поэма «Далеко на Востоке» (1939-1941. Монголия–Москва), написан цикл стихотворений «Соседям по юрте» (1939). А заметки, которые он вел, стали позже книгой «Далеко на Востоке: халхин-гольские записи» (1948-1968).

Генерал-майор Ортенберг в воспоминаниях о Симонове позже напишет: «…газетная хватка, привычка быть в самом кипении событий пришла к нему впервые именно здесь, на Халхин-Голе». Позже он сам об этом говорил так: «”Героическая красноармейская” была для меня прежде всего школой газетного темпа. Я усвоил простую истину: нечего засиживаться, застревать в редакции, нужно ехать на передовую, непременно видеть бой и людей в бою своими глазами, быстро писать, быстро доставлять материалы в редакцию, быстро уезжать снова на фронт. Таков был стиль “Героической красноармейской”, и этот опыт я запомнил на всю жизнь». (Из книги: «Константин Симонов в воспоминаниях современников». – М., 1984. – С.86-112).

 Константин Симонов4

Халхин-Гол определил дальнейшую судьбу К.М. Симонова. Здесь он впервые подписал свои произведения именем Константин Симонов (при рождении ему дали имя Кирилл), под этим именем стал известен в мире. На долгих 30 лет военная журналистика стала для него главной профессией. Последняя военная командировка, связанная с вооруженным конфликтом, была также на восток. В 1969 году выдающийся и любимый народом писатель стал корреспондентом «Правды» во время событий на острове Даманском.

Почти все, что написано Симоновым, – стихи и проза, пьесы и фильмы – посвящено войне. Даже то, что создано было в мирные, еще предвоенные годы. Мотив приближающейся большой войны звучит почти во всех поэмах 1936-1939 годов: «Первая любовь», «Победитель», «Ледовое побоище», «Мурманские дневники», «Пять страниц», «Суворов». Это ощущение есть и в халхин-гольских записях: «вот-вот мы будем воевать с немцами, … это непременно будет, и будет скоро, и что все это, …– лишь самое начало чего-то огромного и необъятно страшного».

Рожденную этим чувством, написанную еще до нападения гитлеровской Германии на нашу страну пьесу «Парень из нашего города» (1941) накануне войны поставило множество театров. Это был самый популярный современный спектакль о долге и мужестве, мужской дружбе и готовности к новым испытаниям.

Страна готовилась к неизбежной схватке с фашизмом. Перед писателями и журналистами ставилась главная задача – поддержание боевого духа армии. В середине июня 1941 года Симонов закончил обучение на курсах военных журналистов – двухмесячных при Академии имени Фрунзе во время финской войны и девятимесячных при Военно-политической академии имени Ленина. Так молодой журналист стал поэтом-пропагандистом, литератором-политруком, но для себя главную задачу он определял так: «людей своим сердцем обслуживать».

Уже 23 июня 1941 года писатель отбыл на фронт, где в первую же свою командировку он и фотокорреспондент Павел Трошкин (погиб в 1944 году) стали свидетелями жесточайшей битвы под Могилевом, на историческом Буйничском поле. Симонов и Трошкин под прикрытием автоматчиков отправились на передовую, где воочию увидели 39 подбитых танков и место недавнего боя, который длился 14 часов. «На пикапе драном» журналисты прорвались через кольцо окружения и доставили материал в редакцию. Уже 20 июля в газете «Известия» опубликованы фотографии, сделанные Трошкиным на Буйничском поле, и очерк Симонова «Горячий день» о поразительном мужестве защитников «города Д.» (так им зашифрован Могилев). Это были первые опубликованные снимки немецкой искореженной техники и первый репортаж, в хаосе отступления вселяющий надежду на победу.

 Константин Симонов5

Поездка в Могилев стала для Константина Симонова своеобразной точкой отсчета: «В те дни я ничего не мог писать, пока не коснулся точки опоры – встретил часть, которая не отступала, а дралась. Тут я впервые увидел, что фашистов действительно бьют. Я увидел – есть люди, которые остановят врага…». Сражение под Буйничами оставило в его сердце неизгладимый след. Об этом он говорил не раз: «Я не был солдатом, был всего только корреспондентом, однако у меня есть кусочек земли, который мне век не забыть, – поле под Могилевом».

Через месяц после первой публикации в «Известиях» Симонова разыскал Д.И. Ортенберг, который собирал команду «обстрелянных» журналистов для газеты «Красная звезда».

С 20 июля 1941 года и до осени 1946 года Симонов – один из ведущих корреспондентов центральной газеты Красной Армии. В редакции трудились такие выдающиеся писатели и публицисты, как М.А. Шолохов, А.Н. Толстой, И. Эренбург, В. Вишневский, А. Платонов, В. Гроссман, Е. Петров, Н. Тихонов, А. Сурков, Л. Славин.

Д. Ортенберг вспоминал: «… в Отечественную войну погибло восемнадцать корреспондентов «Красной звезды», почти половина ее корреспондентского состава! А сколько раз в минуты смертельной опасности судьба прикрыла своим крылом самого Симонова!».

Симонова всегда отправляли на место самых важных, активных военных действий, он был свидетелем самых крупных событий в истории Великой Отечественной войны. «И все мы всегда верили, что он непременно проберется в самое пекло боя, не остановится перед трудностями и опасностями и свое дело сделает» (Д. Ортенберг).

Уже в первом своем репортаже в «Красной звезде», сделанном из окруженной фашистами Одессы, Симонов показал класс прозорливости, оперативности и инициативы. За три дня пребывания в Одессе, откуда до того не было никаких вестей, Симонов набил свои блокноты материалами на четыре-пять очерков. И 30 августа первая корреспонденция о положении на одесском направлении была опубликована.

У него была идея – объехать весь передний край от Черного до Баренцева моря и написать серию очерков, дать глазами одного корреспондента обзор всего нашего громадного фронта. Идея, когда линия фронта ежедневно, а порой ежечасно изменялась, была наивна, но к концу войны военкор Симонов выполнил задуманное. За четыре года он совершил около сорока поездок на передовую, побывал на всех фронтах. Самые лучшие очерки составили книгу, которая так и называлась «От Черного до Баренцева моря» (1942-1943), а также вошли в сборники «Югославская тетрадь» и «Письма из Чехословакии», но многое осталось только в газетах.

Ему довелось побывать в Сталинграде и на Курской дуге, в осажденной Одессе и при прорыве линии Маннергейма, ходить в тыл врага на подводной лодке к берегам Румынии и летать к югославским партизанам, присутствовать на первом суде над военными преступниками в Харькове и первой встрече советских и американских войск на Эльбе, наблюдать отступление немцев под Москвой и их упорное сопротивление в Тернополе, кровавые бои под Могилевом и сокрушительный штурм Берлина. Он присутствовал при подписании 8 мая 1945 года Акта о безоговорочной капитуляции Германии в Берлине (Карлс-хорсте), встречался и беседовал с маршалами Г.К. Жуковым, И.С. Коневым, другими крупными военачальниками.

Необычайная уже в те годы популярность писателя, раскрывавшая перед ним многие двери и вызывавшая интерес к нему людей, – все это так расширяло круг его наблюдений, что почти никто из его коллег не мог с ним тягаться.

А популярность его действительно была феноменальна. Симонов уже был известен к началу войны как поэт, а спектакль по его пьесе «Парень из нашего города» показывали солдатам и на передовой. Стихи первых лет войны («Убей его!», «Словно смотришь в бинокль перевернутый», «Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины…» и др.) были опубликованы большей частью в газетах. Сам Симонов дал им такую характеристику: «Стихи эти в сущности… были военной публицистикой и служили тем же целям, что и мои очерки и корреспонденции, порой даже с большим успехом». Если и были они публицистикой, то написанной без всякого пафоса, негромкими простыми словами, обращенными к сердцу читателя, и поныне стоят они в ряду лучших стихотворений о войне.

Но первые очерки и особенно стихотворение «Жди меня», опубликованное в газете ЦК КПСС «Правда» в январе 1942 года, сделали его имя легендарным. Интимное стихотворение, написанное любимой женщине в июле-августе 41-го года, не было предназначено для печати. Но его переписывали от руки, и когда один из друзей сказал, что «Жди меня» – его главное лекарство от тоски по жене, Симонов сдался и решил отдать его в печать. В дни всеобщего горя и ненависти к врагу оно говорило о любви. Стихотворение звучало как молитва или заклинание от смерти и было переписано от руки миллионы раз: «Жди меня, и я вернусь. Только очень жди <...>/ Как я выжил, будем знать / Только мы с тобой,– / Просто ты умела ждать, / Как никто другой». Эти стихи солдаты и офицеры носили у себя на груди, это были их мысли, их переживания, их надежда, что смерть минует, и встреча с любимыми и близкими состоится. Стихи помогали жить на войне «всем смертям назло».

Симонов был кумиром молодых лейтенантов и рядовых солдат и пользовался авторитетом среди командиров самого высокого ранга. Адмирал И.С. Исаков писал, вспоминая неудачную керченскую операцию: «Был свидетелем такого, что, если напишу, не поверят. Симонову – поверили бы…». Г.К. Жуков среди имен военных корреспондентов, достойных представления к ордену Красной Звезды, первым назвал К. Симонова. И таких случаев было много.

За четыре военных года, помимо репортажей, заметок, сообщений с фронтов – основной своей газетной работы – писатель успел опубликовать дневники писателя «Разные дни войны», повесть «Дни и ночи», пьесы «Русские люди», «Жди меня», «Так и будет», две книги стихов «С тобой и без тебя» и «Война». Написано это быстро, но с вынужденными перерывами и в особом нервном напряжении – между поездками на фронт.

Успевать все Симонову помогала организованность, выработанные им приемы и принципы журналистской работы. Во-первых, «первым и основным законом было и остается – чтобы описать, надо увидеть самому». Во-вторых, быть точным и внимательным к деталям. Писать только правду. В-третьих, оперативно собрав материал и обработав его, суметь быстро передать текст в редакцию. В-четвертых, никаких себе поблажек, когда речь идет о выполнении долга. Все эти правила вместились в емкое выражение: «Реже рискуешь – меньше видишь, хуже пишешь».

Корреспондента Симонова отличало несомненное личное мужество, не раз проявленное во время фронтовых командировок. Он участвовал в походе из осажденной Одессы на подводной лодке, где 10 дней провел среди людей, которым предстояло «или выжить вместе, или погибнуть вместе», ходил в разведку в тыл финских войск на Карельском фронте, высаживался с морской пехотой на Керченский полуостров, летал в корреспондентские командировки за границу над контролируемой противником территорией.

Он часто говорил, что «работа военных корреспондентов была не самой опасной работой на войне. Не самой опасной и не самой тяжелой. Тот, кто этого не понимал, не был ни настоящим военным корреспондентом, ни настоящим человеком. А те, кто это понимал, сами, без требования со стороны начальства, стремились сделать все, что могли». Отвечая на вопрос Василия Пескова: «Что для него, журналиста, было самым тяжелым в войну?» – он сказал: «Уезжать от людей в критической для них ситуации».

Симонов вел свое происхождение военного писателя от своей журналистской работы: «…не будь я военным корреспондентом, я не стал бы военным писателем». На фронте запрещалось вести дневники, но вернувшись с передовой и «отписавшись», сдав готовый очерк или репортаж в редакцию, Симонов диктовал редакционной машинистке дневники, на ходу обрабатывая записи в журналистских блокнотах. Таков был стиль его работы и после Победы. Работал он очень много, порой по 12-15 часов в сутки. Весь личный опыт фронтового корреспондента, зафиксированный в блокнотах и дневниках, вылился в романы, повести, пьесы, рассказы.

Первый рассказ Симонова «Третий адъютант» был напечатан в «Красной звезде» в январе 1942 года. Написанные по горячим следам, часто в штабных землянках, рядом с линией фронта, рассказы военных лет отличались от очерков только вымышленными именами, за большинством рассказов стояли реальные люди. Повесть «Дни и ночи» (1943-1944) писатель называл своим «Сталинградским дневником». Это было первое в советской литературе произведение о Сталинградской битве. Персонажи повести имели реальных прототипов, а множество достоверных деталей приближали книгу к документалистике.

Первый роман «Товарищи по оружию» увидел свет в 1952 году, затем вышла главная и лучшая книга Симонова – «Живые и мертвые» (1 книга – 1959). В 1963 году появилась вторая книга трилогии – роман «Солдатами не рождаются», в 1965-1970 годах – 3-я книга («Последнее лето»).

В «Живых и мертвых» многое взято из дневников и что-то воспроизведено почти дословно. Писатель гордился своей профессией военного журналиста, многие герои его книг несут в себе живые черты его товарищей, таких же военкоров, как он сам. А свою военную биографию он поделил на двух героев – на Синцова в «Живых и мертвых» и Лопатина в «Так называемой личной жизни» (1956-1978). Журналист Панин в пьесе «Русские люди» (1941-1942) «списан» с «тишайшего, нескладнейшего и храбрейшего» военного корреспондента «Известий» Евгения Кригера.

 Константин Симонов3

Константин Симонов с дочерью Александрой (конец 1950-х годов)


И все же это уже не документальная проза, а художественная летопись Великой Отечественной войны. Он называл свои военные романы «производственными», потому что знал войну и вширь и вглубь. Работая над трилогией, Симонов в течение нескольких месяцев встречался с участниками боев, много работал в архивах, вел обширную переписку. Война показана без прикрас, как «великий и страшный труд». Писатель «рисовал войну» правдиво и буднично – в крови, в страдании и в смерти. Он показал, что исключительные обстоятельства, в которые был поставлен человек на войне, позволили проявить в полной мере лучшие свойства его души.

Книга К. Симонова стала для читателей открытием, откровением, вызвала бурные споры, в том числе среди военных историков. Но и сегодня, когда написано о войне неизмеримо много, его роман остается лучшим литературным памятником подвигу нашего народа.

«Война его не отпускала», – скажет в интервью сын писателя Алексей. Война была его судьбой, как была она судьбой страны, судьбой его поколения. Как и для всех, кто прошел через это, война была и осталась навсегда для Симонова самым сильным, ни с чем не сравнимым душевным потрясением и никогда не затихающей болью. Она стала главной темой его книг и фильмов. И потому фронтовая дружба была для К.М. Симонова превыше всего, боевым товарищам он мог простить то, что не прощал никому. Фронтовиков он называл «самыми близкими» своему сердцу, заботе о них он отдал все послевоенные годы.

Память о войне у Симонова – это не только боль, как и у миллионов, но и сожаление о том, что не остался в сорок первом на Буйничском поле под Могилевом, не принял последний бой вместе с героями, своей жизнью заплатившими за нашу общую Победу. За него это сделал в 1959 году в романе «Живые и мертвые» военный журналист Синцов, армейский журналист, а затем солдат ополчения Синцов, главный герой первого романа трилогии.

Константин Симонов умер 28 августа 1979 года. ЦК КПСС принял решение о захоронении его тела на Новодевичьем кладбище в Москве. Но родные выполнили последнюю волю писателя: после смерти развеять его прах на Буйничском поле – рядом с воинами, погибшими на этом поле брани, откуда он чудом выбрался тогда, в июле сорок первого. Сейчас там, на поле боя, стоит валун, на котором высечено: «Константин Симонов», а в каких-нибудь ста метрах – обелиск воинам 388-го полка, который почти целиком полег в боях за Могилев. …Прах его смешался с прахом погибших в сорок первом. Он вернулся к ним – навсегда…

Людмила Кононова.

Фото Ольги Волкотрубовой и из Интернета

Фотографии