Журнал № 1 - 2013(13), рубрика: "Книжный мир"

Век двадцатый, век чрезвычайный (Обзор серии мемуаров «Мой ХХ век»)

(Обзор серии мемуаров «Мой ХХ век»)

 Я на мир взираю из-под столика.
 Век двадцатый, век необычайный.
 Чем он интересней для историка,
 Тем для современника печальней.
Николай Глазков

Обзор, начатый в прошлом номере журнала «Мой университет», продолжает рассказ о книгах писателей середины и второй половины ХХ века. Это писатели-фронтовики, разделившие все тяготы и страдания, горе и радости, выпавшие на долю их современников.

Васильев Борис

Век необычайный / Васильев Борис Львович. – М.: ВАГРИУС, 2003. – 240с.: [8] л. фот. – (Мой 20 век).

Да, историю – не в записи, разумеется, – исправить невозможно, но можно – и нужно! – попытаться сгладить последствия деяний прошлого, если эти деяния сказываются в дне сегодняшнем.
Борис Васильев


Васильев Борис Львович – прозаик, драматург, публицист, киносценарист. В фонде библиотеки ТОГУ есть все основные его произведения. Это циклы исторических романов о Древней Руси: «Владимир Красное Солнышко», «Вещий Олег» и другие. Серия исторических романов «История рода Олексиных» (в 5-ти томах) – по сути дела родословная самого писателя. К золотому фонду русской литературы ХХ века относятся романы «В списках не значился», «Глухомань», «Не стреляйте белых лебедей», повести «Кажется, со мной пойдут в разведку», «Завтра была война», «Жила-была Клавочка» и многие другие.

Тем, кто с его книгами не знаком, имя Б.Л. Васильева известно по фильмам-экранизациям: «А зори здесь тихие», «Офицеры», «Аты-баты, шли солдаты», «На пути в Берлин», «Не стреляйте в белых лебедей», «Вы чьё, старичьё?», «Завтра была война» (всего около 20 фильмов). Они принесли автору широкую известность и уже стали классикой советского кинематографа. Лучшие его произведения были инсценированы и прошли с аншлагами на сценах не только известных театров Москвы и Санкт-Петербурга, но и провинции.

В мемуарах «Век необычайный» нет строгой последовательности, размеренности, монументальности. «Я хочу записать собственные размышления по поводу прожитой жизни. Прежде всего – размышления». Мысли о судьбе народа перемежаются с трогательными историями любви его недавних предков, в воспоминания детства вклиниваются исторические зарисовки о далеком прошлом России. Мемуары Б. Васильева – это не только и не столько личные воспоминания, это биография века, которому именно он дал название «век чрезвычайный».

Сами названия трёх главных частей книги («Оглянись на середине: комментарии к прожитой жизни», «Незабудки на минном поле» и «Листопад») дают представление, о чём пойдёт рассказ. Объединяет книгу в единое целое главная мысль: без нравственности нет культуры, без культуры – нет нации. Васильев с большой любовью пишет о своих истоках: родителях, которые помнили и чтили свой род, о месте рождения своего («Мне сказочно повезло: я издал свой первый вопль и увидел свой первый свет в городе Смоленске. Повезло не потому, что он несказанно красив и эпически древен… Повезло потому, что Смоленск к моменту моего первого крика ещё оставался городом-ПЛОТОМ, на котором искали спасения тысячи терпящих бедствие»). Смоленская крепость выдержала семь осад. Стоит напомнить, что Смоленску в наступившем году исполняется 1150 лет! Ему Васильев посвящает несколько десятков страниц, наполненных чувством благодарности и восхищения.

Родился писатель 21 мая 1924 года. Отец – кадровый офицер царской, впоследствии – Красной и Советской армии. Мать – из старинного дворянского рода, из известной семьи народников. В семье он получил первоначальное основательное образование, родители и дед с бабушкой привили ему понятие «чувство долга», научили видеть чёткие границы Добра и Зла. «Потом – знакомство с историей, и долг перед семьёй незаметно перерастает в долг перед Россией, неоплатный долг русской интеллигенции…». Тем путём, что указали родные, Васильев старался следовать всю жизнь.

Война – особая и главная часть биографии писателя. Борис Васильев – из того поколения юношей, которым суждено было со школьной скамьи шагнуть в пекло войны и погибнуть почти полностью. Считается, что от этого поколения осталось после войны в живых лишь три процента. Отсюда – обострённое чувство принадлежности к фронтовому братству, убывающему с каждым годом.

Его воспоминания о войне столь ярки, наполнены такими подробностями, что становятся зримыми и захватывают не хуже детективного романа. Автор не щадит читателя, поэтому его правде о войне веришь. Вот эпизод о том, как директор школы, выглянув на крыльцо школы, где сидели девятиклассники, сообщил им: «Война, мальчики…». «А мы заорали: «Ура!»... Из четверых мальчишек, глупо оравших «Ура!» на крыльце школы, в живых остался я один».

Добровольцем уйдя на фронт, Борис Васильев в первые же дни войны попал в окружение. Он смог не только выжить в мясорубке отступления (вот где пригодились навыки, привитые ему отцом, – от умения легко ориентироваться на местности и выносить тяжелейшие нагрузки до способности находить в глухом лесу всё, пригодное в пищу), но и вышел к своим. Потом – лагерь для перемещённых лиц, кавалерийская полковая школа, пулемётная полковая школа, служба в воздушно-десантных войсках. Во время боевого сброса 16 марта 1943 года попал на минную растяжку и с тяжёлой контузией был доставлен в госпиталь. Словом, самый разнообразный фронтовой опыт. В ноябре 1943 года стал курсантом Бронетанковой академии, где, как он пишет: «…я встретил свою будущую жену, с которой прожил всю жизнь и которую люблю сейчас так, как не любил во времена юности своей».

История знакомства и развития отношений с Зорей Альбертовной Поляк, ставшей его второй половиной, подробно и с любовью описывается Б. Васильевым в последней части книги «Листопад». Но то, что происходило в это время в стране (борьба с «космополитизмом», продолжение уничтожения интеллигенции, тотальное идеологическое оболванивание народа), кадровый офицер, коммунист и верноподданный гражданин Б. Васильев понять был не в состоянии, о чём откровенно и пишет в книге: «Есть времена бесстрашия, и есть времена страха. Тогда оно и было. Время страха». Фронт борьбы с «космополитами» прошёл и через семью Б. Васильева. Его тесть, уважаемый и очень профессиональный врач, вдруг оказался в вакууме: его избегали и коллеги, и пациенты. Евреям стало страшно появляться на улице без сопровождения. Изменилось отношение и к самому писателю. В этот самый трудный для него период жизни Васильев и начал писать.

Пересказывать книгу нет смысла. Кого заинтересует мнение смелого, честного и умного человека, его мысли об этом периоде истории страны, нет лучше свидетельства, ценного и интересного своими бытовыми подробностями, чем его «Век необычайный».

Б. Васильев остался верен своим представлениям о чести. Состоя в КПСС с 1952 года, в 1989 году он порвал с ней, а с начала 90-х годов перестал участвовать в «перестроечных» политических акциях. Помимо множества наград, призов и премий в 1997 году писатель был удостоен премии им. А.Д. Сахарова «За гражданское мужество».

Некрасов Виктор
Записки зеваки: [сборник] / Некрасов Виктор Платонович. – М.: Плюс-Минус, 2003. – 608с.: [8] л. фот. – (Мой 20 век).
Бог ты мой, как трудно быть русским писателем. Как трудно жить по совести...
Виктор Некрасов