Журнал № 3 - 2012(10), рубрика: "Книжный мир"

«Стяжали право быть непобедимыми» (Герои 1812 года в художественной литературе и публицистике)

Указ «О праздновании 200-летия победы России в Отечественной войне 1812 года» был подписан Президентом России ещё в 2007 году. К годовщине этого события издаются книги, снимаются фильмы. Как положено, проводятся научные конференции и чтения, создаются циклы теле- и радиопрограмм, организуются выставки и конкурсы творческих работ, посвящённых славным сынам Отечества и их подвигам. Приводятся в порядок мемориалы, памятники и могилы…

Бородинском [большая картинка]

Бородинский военно-исторический музей-заповедник – самый старый в мире музей, созданный на поле сражения – закрывается на реставрацию до главных юбилейных событий, намеченных на август-сентябрь этого года. В день великой битвы на Бородинском поле пройдёт грандиозная реконструкция сражения, в которой примут участие около трёх тысяч представителей исторических клубов. Бородино готовится к юбилею, и сотрудникам музея предстоит ещё немало битв, например, за сохранение исторического ландшафта таким, каким его видели участники тех великих событий, против кощунственной застройки поля русской славы.

Как-то не вяжется само слово «юбилей» с кровавой и жестокой битвой, войной, пусть и несравнимой по жертвам с Великой Отечественной, но всё-таки унёсшей за один день жизни более 100 тысяч человек. Битва, длившаяся без перерыва в течение 12 часов, считается историками самым кровопролитным на то время однодневным сражением.

Бородинском2 [большая картинка]

Обе стороны записали победу на свой счёт. Главным достижением генерального сражения стало то, что французы не сумели разгромить русскую армию, это и предопределило конечное поражение Наполеона. В конце своей жизни, на острове Святой Елены, он с горечью подведёт итог: «Я должен был умереть сразу же после вступления в Москву…». Его оценка боя: «Из всех моих сражений, самое ужасное то, которое я дал под Москвой», и назовёт его «битвой гигантов».

Бородинском1 [большая картинка]

Бородинское сражение можно назвать и битвой генералов. Высок был накал патриотического чувства народа, действительно существовали многочисленные крестьянские партизанские отряды и создавались народные ополчения, но основная роль в победе над врагом принадлежала всё же регулярной профессиональной армии – солдатам и их командирам.

Бородинском3 [большая картинка]

Историки до сих пор не могут прийти к единому мнению по поводу потерь в сражении. Наиболее достоверные факты: на Бородинском поле погибло 78 генералов (29 русских и 49 французских).
Давайте сегодня вспомним, какими людьми были славные герои 1812 года, что ими двигало, чем они были замечательны. Раньше писателей они сами рассказали о себе в своих стихах и мемуарах (Ф.Н. Глинка «Письма русского офицера», Д.В. Давыдов «Записки партизана. Стихи», H.А. Дурова «Записки кавалерист-девицы», «И славили Отчизну меч и слово: 1812 год глазами очевидцев: поэзия и проза», «Мы были дети 1812 года: записки, страницы воспоминаний» и другие). В балладе «Певец во стане русских воинов» В.А. Жуковский даст краткую поэтическую характеристику подвигам генералов и офицеров. А.С. Пушкин посвятит им позже несколько стихотворений. Интересно, что самым ярким и точным описанием генеральной битвы до сих пор считается стихотворение «Бородино» горячего поклонника императора Наполеона поручика М.Ю. Лермонтова.

Бородинском4 [большая картинка]

В XIX веке писатели снова и снова обращались к этой теме (романы Г.П. Данилевского «Сожжённая Москва», Д.Л. Мордовцева «Двенадцатый год», М.Н. Загоскина «Рославлев, или Русские в 1812 году», сборники «Недаром помнит вся Россия» и «России верные сыны» и другие). И, конечно же, читаемый во всём мире с увлечением роман Л.Н. Толстого «Война и мир». «Настоящий боевик!», – воскликнул известный писатель Валерий Попов, впервые после школы перечитавший роман. – «Все нынешние сериалы и “женские романы” рядом не стоят!».

Любители исторической прозы найдут в фонде библиотеки ТОГУ и беллетристику XX века: роман Д.С. Мережковского «Александр Первый», М.П. Астапенко, В.Г. Левченко «Атаман Платов», С.Н. Голубова «Багратион», Н.А. Задонского «Денис Давыдов» и другие.

В этой же статье хочется рассказать о том, какой видится «гроза двенадцатого года» современным писателям и публицистам.

Война для России не была неожиданной. В 1811 году на небе явилась комета. Когда смотрели на звезду и её огромный хвост, в народе говорили: «Пометёт беда землю русскую!» История войны 1812 года буквально соткана из легенд и мифов, это относится и к образу Михаила Кутузова.



Бородинском5 [большая картинка]

«Победить не берусь, перехитрить попробую»
Михаил Илларионович Кутузов (1745–1813 гг.)

О Кутузове, кажется, известно всё ещё со школьных лет. Народный генерал, любимый ученик Суворова, герой почти всех войн, которые вела Россия в конце XVIII – начале XIX веков, генерал-фельдмаршал, первый в истории полный кавалер ордена Святого Георгия. Обширна историческая и художественная литература о фельдмаршале. А, между тем, в зарубежных энциклопедиях о нём всего пара строк: «Кутузов, Михаил, русский генерал, побеждённый при Москве….». Ничего удивительного. Если победил Наполеон, как считается в западной историографии, значит, побеждён Кутузов. Вспомним, как было на самом деле.

Михаил Илларионович был единственным сыном сенатора генерал-поручика И.М. Голенищева-Кутузова, образование получил сначала дома, а затем в дворянской артиллерийской и инженерной школе. Знал шесть языков. В 17 лет в чине капитана попал под командование А.В. Суворова. В 1771 году, участвуя в русско-турецкой войне, получил звание подполковника. Позволив себе неудачную шутку в тесном кругу друзей, вызвал гнев главнокомандующего графа Румянцева. Карьера его замедлилась. Но этот урок молодой офицер усвоил на всю жизнь. Он стал недоверчивым и замкнутым. «Сердца людей открыты Кутузову, но его сердце закрыто для них», – вспоминали его сослуживцы.
Спустя три года в боях под Алуштой был тяжело ранен. Главнокомандующий доносил императрице Екатерине II: «…в деле с неприятелем превосходил оный старых солдат. Сей штаб-офицер получил рану пулею, которая ударивши его между глазу и виска, вышла напролёт в том же месте на другой стороне лица…». Екатерина II отличала Кутузова (уж больно он недурён был в молодости!), наградила его орденом Святого Георгия IV степени и отправила на лечение в Австрию. Два года Кутузов лечился и пополнял свои военные знания.

Тридцати с небольшим лет полковник М.И. Кутузов женился на Екатерине Ильиничне Бибиковой, с которой прожил в счастливом браке всю оставшуюся жизнь. Ей он писал часто и отовсюду, куда забрасывала его военная судьба. У него было шестеро детей, сын умер в младенчестве, а пятеро дочерей удачно вышли замуж и дожили до преклонных лет.

Поправившись после ранения, снова попал под начало А.В. Суворова, который поручал ему наиболее сложные задания, где нужно было не только военное, но и дипломатическое искусство. И в 1788 году под Очаковом, уже будучи в чине генерал-майора, снова был ранен. Пуля пробила голову практически в том же месте, что и в первый раз. Врачи сочли ранение смертельным, выздоровление его назвали чудом. Кутузов говорил, что он «обманул смерть и выжил». Но правый глаз потерял навсегда. Через два года – он вновь в строю. Отличился при штурме Бендер, взял считавшуюся неприступной крепость Измаил.

Его ценили Екатерина II и Павел I, но не любил Александр I. Неприязнь императора ещё более усилилась в 1805 году после вступления России в антинаполеоновскую коалицию. Под Аустерлицем император вынудил Кутузова дать бой, хотя армия России не была к этому готова, и Кутузов настаивал на отступлении. Армии России и Австрии были разгромлены. Кутузов получил ранение, был обвинён царём в поражении и отстранён от армии.

Но долго отдыхать и лечиться в имении ему не дали. О нём вспомнили, когда потребовалось не только его военное искусство, но и его дипломатический талант. Александр I знал, что только Кутузов сумеет быстро разгромить турок, которые не давали России сосредоточиться на подготовке к приближающемуся вторжению Наполеона. И он дважды разбил турок и принудил их подписать мир в мае 1812 года, всего за месяц до нашествия французов.

Усталый и больной, Кутузов отправился в добровольную ссылку в деревню отдыхать и залечивать раны. Но, узнав о вступлении Наполеона в пределы России, сам явился в столицу, был возведён в княжеское достоинство и назначен главнокомандующим всеми действующими против Наполеона армиями, что вызвало патриотический подъём в народе. Родилась поговорка: «Пришёл Кутузов бить французов». Так стали говорить вообще обо всех, на кого возлагали большие надежды и ожидания. 67-летний полководец, заслуживший любовь и признательность армии и дворянства, имел главное преимущество перед Барклаем де Толли, которого сменил на посту главнокомандующего, – он был русским и к тому же учеником Суворова. Кутузов считал стратегию Барклая де Толли верной, но, видя, как падает дух в войске при длительном отступлении, и получив незначительное подкрепление, решился дать генеральное сражение, первое и единственное в Отечественной войне 1812 года.

После Бородинской битвы на совете в Филях, заявив, что «потеря столицы не есть ещё потеря отечества», Кутузов приказал войску отступать. Всю ночь перед отступлением он провёл в глубокой печали и, по свидетельству одного из самых приближённых и любимых им офицеров, несколько раз горько плакал. Всё войско разделяло с ним эти чувства, и русский лагерь в последнюю ночь перед оставлением Москвы представлял самую унылую картину.
Затем началось преследование отступающей французской армии. Итог известен: некогда непобедимая 600-тысячная армия Наполеона покинула Россию в количестве 25 000 человек. В конце декабря 1812 года Кутузов доложил в Петербург: «Война окончилась за полным истреблением неприятеля».

В апреле 1813 года Кутузов простудился и 16 апреля скончался на одной из военных дорог в городе Бунцлау в Силезии (теперь это Польша); тело его было перевезено в Петербург и погребено в Казанском соборе, возле которого впоследствии был поставлен ему памятник.

В чём же секрет его побед, необыкновенной в него веры и любви к нему народа? Суворов говорил о нём: «Хитёр, хитёр! Умён, умён! Никто его не обманет». «Старый лис Севера» называли Кутузова в Европе. А солдаты его любили и безгранично ему доверяли. Потому что сам он был солдатом, жил с ними одной жизнью, говорил на одном языке. Чтобы поддержать дух отступающего войска ему достаточно было одной фразы: «С такими-то молодцами да отступать!»

«Верность и терпение»*
 Михаил Богданович Барклай де Толли (1761 – 1818 гг.)

Гроза двенадцатого года
Настала – кто тут нам помог?
Остервенение народа,
Барклай, зима иль русский бог?
А.С. Пушкин

Михаил Богданович Барклай де Толли был потомком древнего шотландского рода, русским гражданином в четвёртом поколении и сыном офицера русской армии. Ни знатного происхождения, ни богатой и влиятельной родни у него не было. В пятилетнем возрасте был отвезён из родной Риги в Петербург и воспитывался в доме дяди по матери. Уже с ранних лет выделялся среди сверстников серьёзностью, прекрасной памятью, способностями к истории и математике. Гордость и упорство, как и обретённые позже хладнокровие и мужество, выделяли его среди сверстников.

Бородинском6 [большая картинка]

Шести лет от роду, по обычаю того времени, дядя записал его в свой полк. В 14 лет юноша начал службу в Псковском карабинерском полку. В 26 получил чин капитана. Воевал с турками, отличился при штурме Очакова, турецких крепостей Бендеры и Аккерман. В 1790 году Михаил Богданович принял участие в русско-шведской войне 1788–1790 гг. под началом принца фон Ангальт-Бернбургского. Под Выборгом принц был смертельно ранен, перед смертью он вручил Барклаю свою шпагу, завещая употребить её на пользу и славу России. С этой шпагой Михаил Богданович никогда не расставался.

После окончания шведской кампании Барклай де Толли женился на своей двоюродной сестре – Хелене Августе фон Смиттен. Единственный сын родился у них через семь лет после свадьбы: военная служба не позволяла Барклаю уделять семье много внимания. По сохранившейся переписке супругов можно судить, что именно жена стала главной опорой Михаила Богдановича в тяжёлое для него время гонений.

Отличившись при штурме Вильно в польской кампании, он заслужил чин подполковника и Георгиевский крест 4-го класса. С этого времени он получил под начало свой первый полк – егерский. В егерские полки набирались отборные солдаты – стрелки, разведчики, способные к рейдам в тыл противника, многовёрстным переходам, стремительным штыковым атакам. Словом, «спецназ» того времени. Барклай де Толли оставался связанным со своим полком почти всю жизнь, сначала как командир (а потом и шеф), затем как командир бригады и дивизии, куда входил и его III егерский полк. В 38 лет за отличную подготовку полка пожалован был генерал-майором. К этому времени сложился характер военачальника, его нравственные и профессиональные принципы. Чтение в свободное от боёв время, боевая подготовка и общение в поле с солдатами и офицерами своего полка сделали его просвещённым офицером, врагом палочной дисциплины, заложили основы того нового и передового в военном искусстве, что потом позволило сделать русскую армию лучшей в мире.

Его отличал император. И вполне заслуженно. Во время русско-прусско-французской войны 1806–1807 гг. он, командуя дивизией, выдержал мощную атаку французов и с подошедшими подкреплениями сумел обратить их в бегство. За это удостоился награждения орденом Святого Георгия III степени. В сражении при Прейсиш-Эйлау в январе 1807 года только благодаря ему удалось сдержать главные силы французов. Полководец был тяжело ранен в правую руку – пуля раздробила кость, и он лечился более года. По некоторым свидетельствам, он уже тогда задумывался о том, что война будет продолжена на территории России, и разрабатывал стратегию обороны. Его план состоял в завлечении французской армии вглубь России, тогда, через лишение её возможности пополнять продовольствие и фураж, можно было заставить Наполеона на берегах Волги дать «вторую Полтаву» и получить её.

Поправившись, Барклай де Толли вновь воевал со шведами в войне 1808–1809 гг., где отличился героическим зимним переходом через торосы Ботнического залива на территорию Швеции. Этот манёвр вошёл в историю русского военного искусства наряду с прославленным переходом Суворова через Альпы. После чего Михаил Богданович, «за оказанные отличия во всю нынешнюю кампанию», одновременно с князем Багратионом был произведён в генералы от инфантерии и назначен генерал-губернатором Финляндии. В отношении к мирным жителям он следовал заветам Суворова: «Обывателя не обижай! Он нас поит и кормит. Солдат – не разбойник». В приказе генерал-губернатора по войску были такие слова: «Не запятнать приобретённой славы и оставить в чужом крае память, которую бы чтило потомство».

Однако приближалась большая война, и в январе 1810 года Барклай де Толли был назначен военным министром России и принялся реорганизовывать армию. За неполных два года ему многое удалось сделать: увеличена численность армии, войска получили единообразную организацию, были созданы инженерные войска, артиллерия преобразована в самостоятельный род войск; проведена реорганизация Военного министерства, образованы штабы корпусов и дивизий, разработано и в 1812 году введено «Учреждение для управления Большой действующей армией» на время военных действий, введён новый устав о пехотной службе (1811 год), организована военная разведка. Неожиданное возвышение вызвало у многих «обойдённых» генералов, большинство которых «героически воевало» в штабах, волну зависти, недоброжелательства и озлобленности. Это, к несчастью, сопровождало Михаила Богдановича до самого конца жизни.

Война разразилась 12 июня 1812 года. Генерал-фельдмаршал в это время командовал самой крупной русской 1-й Западной армией. Барклай де Толли сумел без особых потерь отвести её к Смоленску, где соединился с армией Багратиона. Тем самым он не дал французам уничтожить армию России, но авторитет среди солдат и в обществе утратил практически навсегда. «Позорное бегство», «предательство» – это ещё самые мягкие определения деятельности полководца. Правда, давались они в основном в светских салонах и сугубо штатскими людьми. Офицеры и солдаты, знавшие его храбрость, хладнокровие и мужество в кровавых боях, в это не верили, испытывая к нему неподдельное уважение (среди солдат ходила поговорка: «Погляди на Барклая, и страх не берёт»). Вместе с тем, в силу своего характера и происхождения, Михаил Богданович был холодноват в общении с подчинёнными, чопорен и, как позже подметил генерал Алексей Ермолов, «лишён дара объяснения». И всё настойчивее звучали голоса, требовавшие заменить командующего. Его имя, чуждое русскому слуху, сделалось символом отступления русской армии. 5 августа, подчиняясь мощнейшему давлению окружающих, Александр I вынужден был назначить главнокомандующим Михаила Кутузова, хотя испытывал к нему давнюю неприязнь. Кутузов продолжал отступать, как это и было задумано по плану Барклая де Толли.

На Бородинскую битву Барклай де Толли вышел в парадном мундире и при всех орденах. Он искал смерти. Вот как описал это наш современник поэт Сергей Бляхер:

От битвы уклонился в войне с Наполеоном,
Зато обьединился, дошёл к Багратиону.
В душе саднило скрытое «предательства» пятно, –
Пять лошадей убито под ним в Бородино...

Бородинском7 [большая картинка]

9 из 12 его адьютантов были убиты или ранены. В личном письме императору он писал: «26 августа не сбылось моё пламеннейшее желание: провидение пощадило жизнь, которая меня тяготит». На военном совете в Филях он едва ли не единственный из генералов высказался за оставление Москвы, несмотря на унижение и недоверие, окружавшие его со всех сторон.

Тяжёлая моральная обстановка, несложившиеся отношения с Кутузовым, клевета и злоба сделали то, чего не могли сделать ядра и пули. Михаил Богданович заболел, сдал командование и уехал в имение в Лифляндии. Одно время врачи всерьёз опасались за жизнь Барклая де Толли. Но могучий организм и сила воли позволили ему оправиться от тяжёлого удара судьбы. И ещё – безоговорочная поддержка жены, которая не отходила от постели супруга, помогая ему восстановить душевный покой. «Она единственная, пожалуй, понимала меня так, как я сам себя не понимал».

В феврале 1813 года Александр I лично попросил его вернуться и принять командование 3-й армией, затем русско-прусской армией. Вступление русских войск в Париж принесло ему жезл фельдмаршала и княжеский титул. После победного парада русских войск он стал вторым полным кавалером ордена Святого Георгия после Кутузова. Он был признан одним из основных победителей наполеоновской армии, награждён всеми высшими наградами союзных армий, и даже побежденной Франции. Такого количества самых высоких в мире наград не был, пожалуй, удостоен ещё ни один российский полководец. Наполеон назвал его самым лучшим генералом в стане противника. С необыкновенным достоинством перенёс Барклай де Толли все испытания, выпавшие ему, и до конца остался предан интересам России. Но так и не смог полностью оправиться после несправедливого обвинения.

По возвращении в Россию Барклай де Толли целиком отдался делу боевой подготовки войск. В 1818 году он получил длительный отпуск для лечения на водах, но по пути скончался на 57-м году жизни. Прах его был перевезён в имение Бекгоф (ныне в Эстонии), где он и погребён. Великолепный мавзолей построила в его память жена. История восстановила справедливость. На равных возвышаются два монумента возле Казанского собора в Петербурге – «зачинателю» Барклаю и «свершителю» Кутузову.

(Окончание в следующем номере.)


Людмила Кононова.
Фото взяты из Интернета
Кроме книг, указанных в тексте статьи, автор использовал материалы из журналов: «Смена» (№№ 6, 8–12/2011); «Звезда» (№ 12/2008); «Нева» (№ 6/2008; № 11/2009).

Людмила Кононова. Фото взяты из Интернета Кроме книг, указанных в тексте статьи, автор использовал материалы из журналов: «Смена» (№№ 6, 8–12/2011); «

Фотографии